Алена Субботина: "Я интроверт, и это мешает мне в жизни"

Парашюты и мечты самой успешной казахстанской модели

Герои
26.11.15, 02:55

Look: Девочки часто мечтают о своей фотографии на обложке журнала, ходить в красивых платьях по подиуму, быть лично знакомыми с известными дизайнерами...

Алена: А я мечтала поступить в медицинский и стать врачом.

Look: Абстрактным или кардиологом, например?
Алена: Если я тебе расскажу… Ай, ладно: я хотела быть патологоанатомом. Мертвые люди, которые не говорят, – лучшие пациенты. Мне было тогда пятнадцать лет, и я любила книги по анатомии. Много читала о клинической смерти и про биологическую смерть вообще. А началось все с доктора Моуди и его "Жизни после смерти". Но моя мечта не сбылась.

Look: Очень нестандартно. Кто-то в семье медик?
Алена: Мама у меня металлург. Бабушка с дедушкой тоже металлурги. Они всю жизнь проработали на заводе. И никаких медиков. Впрочем, людей, близких к модельному бизнесу, у нас тоже не было.

Look: Зато, судя по твоим интервью, было теплое отношение друг к другу.
Алена:
Особенно с мамой. Она нас с сестрой-близняшкой воспитывала без отца. Бабушка с дедушкой ей помогали. Но мы всегда понимали, как ей непросто. Она работала на двух работах, а еще весь дом на ней. Мне было важно не создавать ей лишних проблем. Никаких. Никогда.

Look: Это как раз еще и девяностые были…
Алена:
Да. Непросто ей было. Но она старалась, чтобы мы этого не замечали. И во всем нас с сестрой поддерживала. Я уже тогда занималась волейболом, ездила по соревнованиям и из-за этого часто пропускала уроки в школе. Учителя злились, а мама понимала и помогала. У нее вообще очень современный взгляд на жизнь. Она, например, никогда не была против моей модельной карьеры. Спросила только, действительно ли я этого хочу. И сейчас спокойно воспринимает все мои переезды, перелеты, фотосессии.

Алена Субботина

Look: А то, что ты – красивая, мама тебе часто говорила?
Алена:
Шутишь? Крокодильчиком называла. Я и сама не люблю все эти телячьи нежности, даже если они между мамой и дочерью. Сестра вот, наоборот, ей это нужно. Она более ласковая, для меня же всегда было лучше, чтобы меня просто не трогали.

Look: Она в Алматы, ты в Нью-Йорке. Как связь поддерживаете?
Алена:
Изредка Skype – не люблю телефонные разговоры, мне проще постоянно ей что-то писать. А еще ездим друг к другу в гости. Вот и сейчас мы с ней вместе прилетели в Казахстан из Нью-Йорка: мама три недели гостила там у нас с сестрой (сестра уже некоторое время живет со мной в Штатах). Правда, за это время я слетала в Гонконг поработать, но и вместе побыть удалось.

Look: Мама у тебя – замечательная. Помнишь самый особенный подарок, который ты от нее получила?
Алена:
Это была живая черепаха! Других животных нам нельзя было заводить из-за моей аллергии.

Look: А сестра? Близнецы – это всегда своя история. Как вы друг с другом ладите?
Алена:
В детстве мы ужасно дрались. Однажды она даже разбила мне голову в кровь. Хотя сама я человек очень спокойный, если меня не трогать, первая не начну склоку. Но и хулиганили тоже вместе. Летом бросали из окна на прохожих пакеты с водой. А могли и помидором запустить.

Look: В Алматы, по-моему, это делали все дети.
Алена:
Я бы и сейчас скинула парочку (смеется)! А вообще, я все свое детство провела на тренировках. У меня не было времени сидеть во дворе, как другие дети. А когда оно появлялось, то гуляла с друзьями. Кстати, даже компании у нас с сестрой были разные. Я дружила со своими спортсменами, а она с дворовыми ребятами. Сестра ходила в кафе и на дискотеки, я любила побыть дома одна: почитать и выспаться в конце концов после тренировки. Я интроверт. И это мешает мне в жизни.

Look: А в карьере?
Алена:
И там. Знаешь, с людьми вообще тяжело. А уж выходить куда-то просто заставляю себя. Зато побыть на природе или попрыгать с парашютом – вот это круто.

Look: Почему парашют, а не дайвинг, например?
Алена:
Боюсь задохнуться. Есть у меня такой вот страх. Хотя прыгать сначала тоже было страшно. Боялась, что сломаю ногу и не смогу работать. Лечение в США очень не дешевое… Но прыгнула – и понеслось! Получила лицензию, начала интересоваться всеми деталями и тонкостями. За год у меня уже набралось больше 300 прыжков.

Look: Ты понимаешь, это почти по одному каждый день?!
Алена:
Да. Правда, сейчас в Штатах уже холодно прыгать. Но скоро я полечу в Бразилию на тренировки. Прыгать!

Look: А твои агенты, они же первыми должны не пускать тебя?
Алена:
Аха, регулярно слышу, что обязательно разобьюсь. Но это ведь моя жизнь.

Look: В воздухе птицей себя чувствуешь?
Алена:
Если только курицей. Просто я прыгаю в шлеме, чтобы защитить лицо от потоков воздуха, которые сильно портят кожу, особенно когда холодно. Это сильно мешает по полной прочувствовать, что летишь. Но не снижает уровень адреналина. Похоже, что у меня от него уже зависимость.

Look: Смело. А в бытовом плане ты бесстрашная? При необходимости сестру защитишь?
Алена:
Конечно, да.

Look: И в вашем доме мужчина – ты.
Алена:
Я серьезно им себя чувствую. Готова растерзать всех, когда мама плачет. И вообще, когда кто-то обижает моих близких. Хочу, чтобы у них все и всегда было хорошо. Вот сестру перевезла в Нью-Йорк. Пусть даже это большая ответственность для меня самой. Переживала за нее жутко, как за ребенка: найдет ли она работу, друзей, все ли понравится. И маме нужно помогать: у нее невысокая зарплата и на руках парализованная бабушка. Но я не могу там шиковать, зная, что родным тяжело. Лучше ничего не буду себе покупать, но им помогу.

Look: Это все воспитание.
Алена:
Это у меня наше, казахское. У нас же народ всегда помогаем старшим. В Америке этого нет. Когда родители стареют, их просто отправляют в дома для престарелых. Никто никому ничего не должен.

Алена Субботина

Алена Субботина

Look: Какой твой любимый праздник?
Алена:
Не люблю их. Даже день рождения свой не отмечаю. Нет, в детстве, конечно, это было, но мне и тогда не особенно все эти торжества нравились. Какой смысл отмечать то, что мы становимся старше и ближе к своей смерти. А так как обычно в этот день я еще и работаю... Наверное, только Новый год могу отпраздновать: с самыми близкими друзьями. Зато сестра жутко любит весь этот шум и суету. Она настоящий экстраверт: люди, встречи, веселье, очень любит одеваться.

Look: Вас бы махнуть характерами! А друзья, друзья у тебя есть?
Алена:
У друзей отсюда – своя жизнь, и я это понимаю. Общаемся по WhatsApp и изредка встречаемся, когда я прилетаю. Понимаешь, у большинства из них уже дети и семьи, а я все еще езжу туда-сюда. Все окружающие недоумевает, мол, какие парашюты? Тебе уже двадцать пять лет! Одна мама меня понимает, говорит, мол, вы на нее посмотрите, она еще сама – ребенок. А так, у меня много знакомых. Легко открываюсь людям, но быстро устаю от общения. Люблю проводить время на тренировках или на природе. А с друзьями нужно постоянно встречаться, разговаривать, куда-то идти. 

Язык общения? Если это модельный круг в Америке, то среди ребят больше русскоговорящих, на аэродроме – в основном американцы. На самом деле было сложно привыкать, они другие. Но сейчас я уже не напрягаюсь. Например, у них не принято приглашать друг друга в гости. Ну и что? Я лучше активно проведу время, съезжу полазить по горам.

Look: Тогда начинай заниматься туристическим бизнесом и привози иностранцев сюда!
Алена:
Реальная мысль. Многие мои знакомые из fashion-индустрии хотят побывать у нас в Казахстане. Меня всегда расспрашивают, что и где посмотреть. Кажется, может получиться интересный проект. Тем более у меня уже есть опыт (смеется). Летом прилетала домой со знакомой американкой, она стилист. И мы уехали на Иссык-куль. У нее был культурный шок. Нашу машину остановили прямо посередине дороги и… попросили денег за проезд! Да еще сделали это с такими серьезными, пасмурными лицами, что она испугалась, решив, мол, нас сейчас либо в заложники возьмут, либо убивать будут.

Алена Субботина

Алена Субботина

Look: Как складываются твои отношения с едой? Что самое любимое?
Алена:
Паста. Готова ее есть на завтрак, обед и ужин. Вообще люблю итальянскую кухню. Все, кроме десертов. Я не сластена вообще, да и аллергия у меня на сладкое.

Look: Тогда, любимая страна для путешествий – Италия?
Алена:
Сингапур. Я прожила там четыре года и до сих пор от него в восторге. Еще мне понравились Нидерланды. Но дома я только здесь, в Казахстане. Очень скучаю и постоянно тянет сюда. Хоть и живу уже девять лет за границей.

Look: Ален, а вот твоя совместная работа дизайнером с Леонидом Жеребцовым – это поиск какого-то дальнейшего пути, попытка выйти за рамки модельной карьеры?
Алена:
На самом деле это творчество чистой воды, и мне это просто интересно. Нас познакомили относительно недавно, но до этого я уже знала Леню по его работам. Они мне запомнились, когда просматривала алматинские показы. А тут друзья предложили нам сделать коллаборацию. Почему бы нет? Рада была работать с таким талантливым дизайнером. Тем более он мне нравится и как человек: очень настоящий и искренний. 

И коллекция получилась отличная. Особенно я полюбила черный комбинезон и длинный плащ, в которых открывала показ. Отлично представляю этот look где-нибудь в Нью-Йорке. Вообще, не люблю, когда вещи кричат или когда они выглядят слишком концептуальными и сложными. А эта коллекция как раз простая, но с характером.

А относительно того, новый ли это путь… Не знаю. Я в последние годы все силы трачу на то, чтобы открыть свое модельное агентство: хочу отправлять моделей из Казахстана в Америку. Мечтаю работать именно в этом направлении как персональный агент.

Look: То есть параллельно, не уходя из модельного бизнеса?
Алена:
Да. У меня достаточно опыта в этой сфере. И я хочу помочь другим девушкам. Для меня это сейчас на первом месте.

Фотограф: Елизавета Маракулина

Имена и бренды

Смотрите также

Подписывайтесь на нашу страницу в facebook
comments powered by HyperComments
Загрузка...